Исследования по тегу #Трамп
Приглашаем вас в мир современных исследований, где ученые со всего мира ищут ответы на самые актуальные вопросы психологии.
В этом разделе мы собрали для вас реальные клинические работы, которые помогают разрабатывать новые эффективные методики поддержки и терапии.
Чтобы вы могли сами заглянуть «внутрь» науки, каждая работа сопровождается ссылкой на её полный текст — официальный документ или научную статью.
Это уникальная возможность не просто прочитать выводы, а изучить все детали проведенной работы.
Мы верим, что открытый доступ к знаниям помогает всем нам лучше понимать себя и окружающих.
Смех на вынос: Как Трамп и Окасио-Кортес превращают юмор в политическое оружие
Американская политика нашла новое боевое искусство — его зовут юмор. Но не тот, который собирает залы на концертах или вызывает добрую улыбку у бабушки у телевизора, а хлёсткий, как плеть, и ядовитый, как укус скорпиона. Последние исследования показывают: современные политики, такие как Дональд Трамп и Александрия Окасио-Кортес, давно превратили шутки в дубинку для оппонентов и цемент для собственного электората. Этим занимательным (и, будем честны, немного извращённым) вопросом заинтересовался Беер Пракен, соискатель степени PhD из Университета Гронингена и гость-исследователь в Университете Утрехта. Он задался вопросом — что это за эволюция такая, когда политический юмор перестаёт быть вишенкой на демократическом торте, а превращается в основной ингредиент, да ещё и с привкусом желчи? Неужели теперь мем — это не отпрыск интернет-культуры, а инструмент влияния на умы? Серьёзные учёные раньше видели в политическом юморе средство борьбы за справедливость или подпитки демократии. Теперь же Пракен решился выйти за пределы привычного анализа шуток стендаперов и разобраться: как сами политики управляют смехом — не для разрядки, а для атаки. Ведь недовольство — это понятно, а как же роль веселья и игры в этих, казалось бы, суровых дебатах? То, что обычно приписывают крайним правым — гнев и страх, — оказалось только одной стороной медали. Вторая, куда менее очевидная, — умение подлито подшутить, а иногда и грубовато поддеть, особенно когда это касается внедрения спорных идей. Возьмём Трампа: история с Гренландией начиналась как смехотворный троллинг, но кто считал, что в мире после 2016 года остались вещи, которыми нельзя шутить всерьёз? Пракен «загоняет» свои научные щупальца в дебри твиттеров обоих героев и триумфальные речи мая 2019-го. Для чистоты эксперимента — почти 500 твитов и три крупных выступления: два у Трампа (Флорида и Пенсильвания), одно у Кортес (Вашингтон и их "Зелёная Новая Сделка"). Далее в ход идёт лабораторный метод — категоризация юмора на четыре сорта: агрессивный, объединяющий, самовосхваляющий и самоедский. Первая разновидность — это когда словесный кнут щёлкает по чужой спине (любимый жанр политиков), вторая — когда шуточки склеивают сторонников в одну крепкую компанию. Контроль и точность на высоте — к анализу подключали сразу нескольких кодировщиков, чтобы уж никто не обвинил учёных в личной симпатии или антипатии к кому-то из героев. На выходе — весёлые вещи: Трамп фонтанирует юмором с трибуны (в среднем раз в минуту), но на просторах Twitter становится гораздо менее остроумным: только 9% его сообщений содержат хоть тень шутки, и 92% из них — это откровенное словесное нападение. Кортес же — полная противоположность: за трибуной она строго как на похоронах демократии, зато онлайн — почти стендап-комик: 29% её твитов за месяц были смешными, но опять же — по-прежнему в стиле "удар ниже пояса". Если вам казалось, что политика — это скука и бюрократия, самое время пересмотреть взгляды: всё мировое шоу давно переселилось в соцсети. Юмор у политиков — это не способ разрядки, а способ объединения "своих" и выставления "чужих" на посмешище. А ещё — хитрый щит: если волна негодования поднялась, всегда можно списать сказанное на шутку: "Вы что, не поняли? Это же просто стёб!". Особенно, если поступаешь по рецепту Трампа: сначала шутишь о диктатуре, а потом отмахиваешься, мол, опять либералы ничего не поняли. У Трампа есть фирменный жанр: "жидкий расизм" (да, даже у расизма появился водянистый формат). Это когда шутки строятся на стереотипах, но всегда есть где спрятаться: "Я же пошутил!". Например, однажды на митинге он в шутку объяснил, как отличить террориста по… внешности. Толпа покатилась со смеху. Кто-то скажет: "юмор", а кто-то увидит в этом вполне себе руководство к действию. Кортес — человек тоже не промах. Ловко уходя от критики своих громких (и не всегда точных) заявлений, она не стесняется пустить шутку в бой: мол, хулиганы-хейтеры, юмор у вас как у персонажа Дуайт Шрут из зарубежного ситкома "Офис" (да, есть такой комичный ботаник-начальник в американском сериале — англоязычная публика смеётся, а у нас гуглят картинку). Проигнорировать обвинение легко, когда можно высмеять критика, а не признавать ошибку. Исследование выдало неприятную правду: смех давно перестал быть безобидной выдувкой. Это уже элемент троллинга, когда политик нарочно раздражает оппонентов, чтобы вызвать всплеск эмоций. У Трампа это шутки про пожизненное президентство, у Кортес — издёвки над экономикой и сравнения противников с персонажами ситкома. Пракен придумал для этого всего романтичное название "тёмная игра". То есть весёлая провокация становится лабораторией для опасных идей: если публика среагировала агрессивно, всегда можно откатить: "пожурите меня, я несерьёзно". А если нет — глядишь, и идею приняли всерьёз, и уже не шутка. Вишенка на торте: сами политики заигрываются до того, что начинают верить в собственные шутки — превращая их из мемов в проекты и лозунги. Это называется "тёмное поглощение": так, один раз посмеявшись, незаметно идёшь дальше… к радикализации. Смех — лакмус теста для публики: если прошло, можно тащить это на главную сцену. Пракен честно признаёт: исследовал он только двух политиков и только месяц историй, так что выводы не универсальны для всей Земли. Да и влияние юмора на самого зрителя — тема для отдельной, очень полной психотерапии. Следующий шаг — опросить избирателей и понять, как они воспринимают эти игры. Плюс Пракен заглядывается на ещё более радикальных персонажей — вроде белого националиста Ника Фуэнтеса, который сам себя называет "почти комик" и проталкивает свои весьма токсичные взгляды с помощью смешочков. Эпилог от Учёного: никто не предлагает запрещать политический юмор или давить свободу слова. Но пора перестать воспринимать все закулисные остроты как милую глупость: сегодня это не просто словесный карнавал, а мощный рычаг для продвижения идей (причём самых неожиданных). И если вы считаете, что право радоваться юмору — монополия либералов, стоит присмотреться к противникам: их ирония тоже бывает опасно заразительной. Остаётся ждать, что покажут новые исследования. Но уже сейчас понятно: где заканчивается шутка — там иногда начинается реальность.
"Самодисциплинированные апостолы Трампа: почему американцы тянутся к "культовым" лидерам?"
Исследователи наконец-то решили разобраться, что именно общего у самых верных почитателей Дональда Трампа. Оказалось, что их объединяет не любовь к красным галстукам и не беззаветная вера в Великие стены, а куда более скромная — но крепкая — черта характера: высокая добросовестность, особенно выраженная самодисциплина. В американских и западных медиа трампистов уже не первый год метят как членов "культа личности". Сравнение, скажем прямо, не самое комплиментарное. Но ученых эта риторика скорее задела за живое: стоит ли за этим реальная психология? Почему именно этим людям так нравится безропотно следовать за харизматичным лидером? Авторы исследования — Ларс Й. К. Моэн (постдок из Вены, который так и не смог смириться с рутиной) и Бенджамин Голдсмит (австралийский профессор, способный предсказывать неприятности с точностью до скандала) — решили копнуть в человеческую душу с помощью теории "Большой пятёрки". Эту теорию любят психологи всех стран и времен, потому что она разбивает личность на пять крупных кусков: открытость новому, добросовестность, экстраверсия, доброжелательность (не про Трампа), и невротизм. Гипотеза была проста, как всё гениальное: может, у трампофанатов особый психологический макияж? И, главное, чем именно один "настоящий последователь" отличается от более равнодушных соотечественников? Возможно, у них аллергия на хаос или, наоборот, повышенная жажда жёсткой руки? Чтобы проверить догадки, было проведено два исследования. Первое состоялось в 2021 году сразу после поражения Трампа на выборах. Более тысячи случайных американцев прошлись по добровольному тесту — заскучали, всплакнули, вспомнили свои лучшие годы. Из них выделили строго определенную группу "Последователей Трампа" по семи отличительным признакам. Например, они голосовали за Трампа, уверены, что он президент на века, а СМИ его системно обижают и недооценивают. Второе исследование, назовём его "Американское народное мнение 2016 года", было куда масштабнее — две с половиной тысячи душ. Там, правда, тест на личность был короче и без изысков, но про лояльность Трампу спросили так чётко, что некоторые наверняка до сих пор жалеют. Что же выяснили психологи? Гвоздь программы здесь — показатель добросовестности. Чем сильнее у человека развито чувство долга, порядок и желание довести любое дело до конца, тем выше шанс, что он превратится в идейного "трамполюбца". Особенный вклад в этот лояльный экстаз вносит именно самодисциплина, то есть способность держаться выбранного курса несмотря на скуку, погоду и крики соседей с иными взглядами. Что интересно — быть просто консерватором для членства в этом "клубе железной воли" недостаточно. Традиционные республиканцы, конечно, более аккуратные, чем либералы, но именно тяга к безотказной самодисциплине выделяет трампистов из общей серой массы. Даже если из анализа убрать консервативную саморефлексию и любовь к партии, фанатичная преданность экс-президенту всё равно остаётся. Психологи пошли дальше и попытались вычислить, не мешает ли этому другие особенности характера — например, низкая доброжелательность или высокий уровень тревожности. Ожидали найти истеричных параноиков, жаждущих крепкой опеки, а обнаружили, что строгости к самому себе хватает для счастья. Все остальные черты, вроде агрессии к чужакам и одобрения неравенства, делают своё чёрное дело, но не объясняют феномен сам по себе. А вот объяснение подкралось со стороны: возможно, люди с крепкой самодисциплиной просто тянутся к порядку во всем. А Трамп не упускал случая напомнить избирателям, что без него Америка утонет в хаосе примерно так же быстро, как забытый борщ остывает зимой без крышки. Он требовал от своих сторонников полной лояльности и обещал, что на этих принципах в стране будет царить железная дисциплина. Неудивительно, что для людей, воспринимающих самоконтроль почти как религию, такие обещания действуют как мёд для медведей. Исследователи признают: их выводы — пока только догадки на основе совпадений, а не полный научный приговор. Никто не берётся утверждать, что самодисциплина делает вас сектантом Трампа окончательно и бесповоротно. Да и с опросами получилось чуть не как с "битвой экстрасенсов" — участников подбирали по демографическим признакам, но идеальных отражений нации не получилось. Тем не менее, учёные уверены: психология лояльности достойна отдельного тома, если не эпохи. Особенно, если за дело берутся политики, у которых за душой только харизма, да пара мемов в интернете. Следующий кадр — Индия, где премьер-министр Моди балуется собственным "культовым" обаянием, и может повторить путь Трампа, если сильно захочет. В итоге, если вы думали, будто членство в "культе личности" — удел исключительно диктаторских режимов, увы: демократии тоже умеют производить своих фанатиков. Просто они предпочитают носить пиджаки и избегать построения пирамид в честь любимого вождя на главной площади. Ну а остальное — дело вкуса и чуть-чуть характера.