Исследования по тегу #собаки
Приглашаем вас в мир современных исследований, где ученые со всего мира ищут ответы на самые актуальные вопросы психологии.
В этом разделе мы собрали для вас реальные клинические работы, которые помогают разрабатывать новые эффективные методики поддержки и терапии.
Чтобы вы могли сами заглянуть «внутрь» науки, каждая работа сопровождается ссылкой на её полный текст — официальный документ или научную статью.
Это уникальная возможность не просто прочитать выводы, а изучить все детали проведенной работы.
Мы верим, что открытый доступ к знаниям помогает всем нам лучше понимать себя и окружающих.
«С чужими собаками мы поём тоньше»: Как женщины общаются с псами и зачем им вообще эти угрозы на высоких тонах?
Большинству из нас знаком этот момент: обычная дама-городская жительница сталкивается нос к носу с чужим псом — и сразу переходит на голос на пару октав выше обычного. Причём навстречу своему собственному хвостатому она мяукает куда спокойней. Чем объяснить этот странный вокал, которому позавидовала бы даже оперная примадонна? Вот что выяснила наука. Исследователи добрались до того, как именно меняются интонации и мимика человека при разговоре с собаками. Причём они не поленились разделить речь на «акустическую прозодию» (то есть тембр, интонацию, высоту голоса) и «визуальную прозодию» — это то, как мы машем лицом и надуваем щёки. Оказалось, мы не осчастливливаем животных случайным набором агуканий: всё это делается по сценарию, выработанному тысячелетиями общения с младенцами и пёсиками. В человеческом мире чем крепче отношения, тем больше актерской игры: деткам или возлюбленным мы готовы хоть в три октавы прыгнуть, лишь бы продемонстрировать свою привязанность. Эта цирковая мимика сближает, добавляет тепла в отношения. Только вот вопрос: Работает ли эта тактика с собаками такой же волшебной силой? Главная героиня науки здесь — Анна Гергели из Венгерского центра исследований естественных наук. Она с командой решила выяснить, насколько женщинам важно выделываться перед своими псами, и меняется ли этот цирк, когда собака незнакомая. Для эксперимента привлекли 42 леди, заядлых собаководов (ибо мужчины, по статистике, разговорчивостью с хвостатыми уступают — ну давайте честно). Каждой предложили повзаимодействовать со своим четвероногим и с посторонней собакой той же породы: тут никаких читерских симпатий, всё по-честному, без дискриминации по морде. Провели три круга «общения на корточках»: привлечение внимания, игра в угадайку с игрушкой и чтение детского стишка на венгерском. Пока дамы тянули свои серенаты, за ними следили камеры и программное обеспечение, анализируя ширину улыбки, амплитуду гримас и эмоциональный градус речей. И вот тут гора родила мышь: оказалось, единственное, что по-настоящему меняется при встрече с чужим псом, — высота вашего голоса. Незнакомцам по привычке поднимаем голос до небес, своим же вещаем более расслабленно. Мимика же — увы — особых чудес не показала. Видимо, на уровне инстинкта мы все ещё помним: торжественная "оскаленная" улыбка для собаки — это не всегда мир. Лучше оставить лицевая дипломатию и дать слово голосу. Зачем нужен этот простой приём? Чтобы новым собакам не казаться агрессивными типами. Тонкий голос — это универсальный флаг "я свой, не бойся", который понимает даже самый туповатый хаски. Со своим же, кто вас уже годами терпит, можно экономить на вокале — вы и так по глазам всё друг о друге знаете. Однако любопытство знатоков собак на этом не остановилось: а что если фактор не только в дружбе, но и в размере собаки? Ведь маленькое всегда трогает за живое. В рамках теста сравнили реакцию дам на моськи весом до 15 кило и тяжеловесов. Итог? Чем меньше пес, тем сильнее у женщин распускается улыбка до ушей и голос скачет по нотам, словно школьник на скакалке. Может быть, виноваты большие глазищи и мультяшные носы: мини-собаки подражают младенцам сильнее больших. Вот вам и стимул общаться им с особой нежностью. Конечно, эксперты признают: в выборке мелких собак, возможно, оказалось больше "детских" мордашек, что немного сместило результаты. Да и чтение стишков — вещь не из самых спонтанных. Но общий итог звучит так: нет у людей универсального кода для общения с псами. Каждый раз мы миксуем эмоции и гибко подбираем вокальный «рецепт» под ситуацию — чего не скажешь о наших монотонных речах с банкоматом. Научный труд под логичным названием «Влияние знакомства и размера собаки на речь женщин-хозяйек, обращённую к собакам» подписали Лёринц Андраш Филеп, Эдуа Коош-Хуташ, Фанни Холлай, Йожеф Топал и Анна Гергели. Ну а мы в следующий раз понизим голос и откроем рот пошире — вдруг и правда поможет найти общий язык с чужой псиной.
Ваш пёс съехал с катушек? Учёные подозревают, что у животных тоже бывает СДВГ
Живу я с несколькими кокер-спаниелями. Это существа умные, трогательные, но порой ведут себя так, будто каждую секунду по пять камер снимают ситком с их участием: головы в облаках, гиперактивность, моментальные смены настроения... Мои знакомые, наблюдая очередной пир испуганных нервов, неизменно бросают: «Да у твоих точно СДВГ!» — и мчатся спасать свои носки от весёлого разгрома. Сегодня модно рассуждать про нейроразнообразие. За диагнозами вроде аутизма и СДВГ (синдром дефицита внимания и гиперактивности) гоняются, будто это редкий спиннер, который поможет понять себя. Вот и учёные решили: а не поизучать ли нам, могут ли животные вообще страдать тем же самым, чем забавляемся мы? Новая затея, но кому не хочется глубже понимать собственную собаку – или хотя бы узнать, почему она устроила погром в ванной лишь потому, что вы задержались на пять минут. Люди, работавшие или просто жившие с животными, давно знают, насколько индивидуален у них характер. Но можно ли на полном серьёзе утверждать: у собаки — СДВГ, а у кошки — аутизм? А главное — с каким лицом это делать? Ведь наши четвероногие коллеги не могут рассказать, как им живётся, а диагностические тесты они выполнять не станут. Всё, что нам дано — это наблюдать и пытаться не путать обычную черту породы, вроде взбалмошности, с каким-нибудь медицинским диагнозом. Однако наука не сдается. Оказалось, что не только собаки, но и мыши, крысы и приматы проявляют генетические и поведенческие признаки той самой "нейроразнообразности". Например, у собак нашли генетические варианты, связанные с гипердружелюбием (видимо, отсюда любовь к разнузданным вечеринкам у дверей почтальона). А импульсивность у некоторых собак объясняется невеликим количеством серотонина и дофамина – тех самых молекул в мозге, которые отвечают за равновесие в душе и способность собраться с мыслями. Знаете, как у людей с СДВГ. Интересно, что штамповка собак "под нас" за тысячи лет совместной жизни, скорее всего, породила поведенческие черты, которые некоторым из нас (и ученым, и любителям) кажутся подозрительно похожими на симптомы у людей с СДВГ. Ученые даже создали специальные животные модели аутизма, чтобы разбираться в причинах риска и думать, чем бы помочь таким зверям. Да, звери в лабораториях отличаются от обычных домашних любимцев, но даже такие опыты имеют свою пользу: например, у биглей нашли мутацию гена Shank3 (у людей он тоже связан с аутизмом), из-за которого собака становится малообщительной даже с людьми. В мозгу таких собак нарушена передача сигналов именно в тех областях, которые отвечают за внимание. Более того, у них с людьми снижено "нейронное синхронизирование" — то самое совпадение волн, когда кто-то увлечённо рассказывает сказку, а слушатель ловит каждое слово. Причём недавние исследования показали: синхронизация возможна между человеком и собакой, если долго смотреть друг другу в глаза. Но вот если Shank3 испорчен — синхронизации не жди. Крепкая дружба под вопросом. И, конечно, откуда только не берутся сложности: если щенка страшили люди в детстве, вряд ли он вырастет в мохнатого экстраверта. А вот понять, виновата ли тут только генетика, среда или оба вместе — задача еще та. Кстати, исследования на той же породе биглей намекнули на одну любопытную (и не для домашних экспериментов!) находку: этим собакам с мутацией Shank3 дали одну-единственную дозу психоделика ЛСД. В результате собаки стали внимательнее и даже — подумать только — лучше "синхронизировались" с людьми! Было бы тут всё так просто: дал таблетку — и восторженный пёс превращается в Шерлока Холмса. Правда, из-за легальности и здравого смысла на этом радужные перспективы закончились. Аналогичные эффекты ЛСД замечены у мышей и людей, но с оговоркой: наука учит разбираться в природе работы нейроотличного мозга, а не собирать вольер для безумного трипа. Впрочем, в диагностике учёные не хотят больше доверять только субъективным описаниям (вроде: «моя собака громит будку всякий раз, когда падает шишка»). Теперь собак исследуют с помощью анализа видео и машинного обучения — да, нейросети тоже умеют определять, похожа ли собака на обладателя СДВГ. Например, в одном исследовании совпадение машинного и человеческого диагноза составило 81%. И пусть бы научились в диагностике людей меньше надеяться на рассказы и больше — на объективные данные: например, даже в оценке СДВГ у взрослых проверяют движения глаз. Почему исследования такие нужны? Да потому что у собак и кошек, если верить ученым, почти у всех есть хотя бы одна проблема с поведением — тревожность, страхи, компульсивное поведение... Один недавний опрос в США охватил больше 43 тысяч собак, и только одна из них, видимо, была железным Буддой. Остальные — все с "тараканами". Кто-то боится одиночества, кто-то впадает в истерику из-за любой перемены. Такое сходство с человеческими проблемами заставляет задуматься: а не лучше ли понимать своего питомца, чем обвинять его во всех грехах? Ведь от непонимания и невроза можно и до усыпления довести. В общем, доказательства таковы: наши животные тоже встречают жизнь с не менее пёстрым набором особенностей, чем мы. Часто — это просто характер. Но иногда различия в строении и химии мозга тут как тут. Дети с отличающимися потребностями нуждаются во внимательном отношении — так, может быть, стоит и к своим хвостатым относиться не как к заводной игрушке, а как к уникальной личности, достойной понимания.