Андре Ярхем из английского Норфолка прожил 24 года — и, кажется, всю старость успел за этот срок. То, на что большинству нужно 70 лет и много седых волос, его мозг прошёл молниеносно: МРТ-пленка показала в его голове картину, которой бы позавидовал любой гериатр — мозг семидесятилетнего. Но Андре не пьянствовал, не спорил с телевизором и не подбирал галстук к тапочкам — в 22 года ему просто «подарили» диагноз: деменция.
Деменция обычно синоним старческого маразма, ну или хотя бы возраста «Хрущёвка-пенсия-дача». Вот только бывают такие формы, например фронтотемпоральная деменция, которые приходят как спам-рассылка — внезапно, нежелательно и без предупреждения. Именно она стала персональным сюрпризом Андре. В отличие от более привычной Альцгеймеровской деменции, которая изначально атакует память, фронтотемпоральный вариант является хулиганом среди болезней: бьёт по личностным чертам, поведению и языку. Всё, что делает нас нами, начинает «сыпаться».
Первым тревожным звоночком для семьи Ярхемов стала его растущая забывчивость и «отсутствующее» выражение лица. К концу жизни он потерял способность говорить, не мог ухаживать за собой, иногда вел себя совершенно неожиданно, и был прикован к инвалидной коляске.
Генетика тут не дремлет — главное, чтобы где-то в ДНК произошёл сбой в нужном (или, скорее, ненужном) месте. Тогда белки внутри нейронов начнут слипаться, а клетки мозга — постепенно умирать и исчезать. У здоровых людей мозг стареет медленно и неохотно; тут же, при агрессивном течении деменции, целые участки мозга исчезают из карты быстрее, чем новые айфоны из магазинов.
Мозг Андре не столько «поседел» раньше срока, сколько начал стричь себя под ноль: за короткое время погибла колоссальная часть клеток. Зоны, отвечающие за речь, контроль эмоций и принятие решений, буквально «усохли». Катастрофа для личности — и семьи.
Деменция остаётся хроническим врагом без лекарства. Наука пока бессильна вернуть потерянное, лечение чаще напоминает танцы на месте. Почему так? Потому что мозг — это вам не блок управления микроволновкой. Сложнейший механизм, над которым десятилетиями ломают голову лучшие умы. Каждый мозг, подаренный учёным после смерти, — это крошечная трещина в этой неприступной стене.
Случаи такой ранней деменции — большая редкость. Исследование мозга Андре после смерти поможет учёным добраться до истинных причин: какие белки слиплись, какие клетки первыми сдали позиции, как иммунная система подлила масла в огонь. Такие сведения — шаг к созданию реальных лекарств: чтобы болезнь тормозить, останавливать, а может быть (мечтаем!) и предупреждать.
Поступок семьи Ярхема — согласие отдать мозг сына науке — смело заслуживает не устаревших орденов, а гораздо большего. Это шанс для будущих поколений узнать, как и почему деменция порой вываливается на головы совсем молодых.
Порой люди спрашивают у нейроучёных: как такое вообще могло случиться с 24-летним? Честно? Мы только начали разгадывать, из-за чего мозг порой «ломается» раньше старта. Но каждое исследование, каждый храбрый донор — это маленький шаг к тому, чтобы таких историй становилось все меньше. Деменция — не только проклятие стариков. Понять это — первый шаг к победе над ней.